Поиск Обратная связь Домой Вконтакте Одноклассники Facebook Twitter YouTube Google+ Ирбитский краеведческий портал
Муниципального казённого учреждения культуры "Библиотечная система" г. Ирбит

Здание Пассажа — главного павильона Ирбитской ярмарки, ул. Ленина, 21

«Пассаж — это Невский проспект Ирбита или, вернее, ярмарки, — писал «Ирбитский ярмарочный лис­ток» в 1897 году. Быть на ярмарке и не побывать в  Пассаже — это все равно, что быть в Риме и не пови­дать папы».

Поводом для строительства пассажа послужило же­лание известного на Урале антрепренера Головина да­вать театральные ярмарочные представления не в част­ном доме мещанина Федулова, а в более удобном поме­щении. Ирбитская городская управа решила построить большое каменное здание и приспособить его под театр. На седьмой год после закладки, к ярмарке 1864 года, строительство было закончено. Обошлось здание в 60 тысяч рублей.

Так как антрепренер не согласился на 600 рублей арендной платы за пользование зданием на один се­зон, управа передала его купечеству, тем более что тор­говцы за 40 размещаемых в здании магазинов давали в десять раз больше.

30 января 1864 года состоялось открытие пассажа.  На период ярмарки всю лицевую сторону огромного, трехэтажного здания с небольшими выступами в сред­ней части и с прямоугольным фронтоном густо облепля­ли саженные аншлаги. Аршинные буквы перечисляли названия товаров, имена хозяев лавок, фирм, компаний. Такими до наших дней дошли фотографии, сделанные известным уральским фотографом А. И. Кочешевым. Сни­мок внутренней части пассажа, находим и в пятом томе «Всемирной иллюстрации» за 1871 год.

Обычно в день открытия ярмарки с раннего утра народ валом валил на площадь у пассажа. Сюда с крест­ным ходом из всех пяти церквей города собиралось ду­ховенство. Начиналось торжественное молебствие. На нем присутствовало прибывшее на ярмарку именитое ку­печество со всея Руси. Гулко разносились по затихшей площади пение церковного хора и громогласные про­возглашения протодьяконского баса. Истово крестились купцы и весь православный люд.

Взоры всех присутствовавших обращались к высо­кой мачте, установленной над пассажем, где, развеваясь на ветру, медленно поднимался вверх трехцветный на­циональный флаг. Разговоры затихали. Но вот под си­лой ветра флаг развертывался. В толпе начиналось оживление. Ход торговли на ярмарке связывался с под­нятием флага: флаг запутался — ярмарка затянется: развернулся сразу—крутая, развернулся в сторону Си­бири — сулит для сибиряков всяческие благополучия. Вот почему поднятие флага так интересовало ярмароч­ную публику.

Флаг поднят—ярмарка открыта. Широко распахива­лись двери магазинов, люди поздравляли друг друга с открытием ярмарки, как с большим праздником. Из пас­сажа раздавались звуки духового оркестра.

Пассаж — крупнейшее торговое здание ярмарки, центр всей ярмарочной торговли и по-своему внутрен­нему устройству напоминал московский ГУМ в миниа­тюре. Середину нижнего этажа здания занимал широкий, длинный зал с высоким, под самую крышу, потолком. По обоим бокам зала второго яруса, а в XIX веке — и верхнего яруса, были расположены десятки магази­нов. Хотя и в те годы верхняя галерея была очень уз­ка, там, опасаясь пожаров, устанавливали бочки с водой. Позднее, в 1913 году, в здании установили даже, неско­лько металлических баков по 1600 ведер каждый. От них провели трубы с кранами в разные части здания. Пожаров боялись. Однажды здесь чуть было не вспых­нул пожар. Случилось следующее: для торговли «новы­ми интересными изобретениями» откупил место в пасса­же торговец, как сообщалось, «восхитительными пред­метами», среди которых находились «фейерверки, хло­пушки, бенгальские огни». Рекламируя товар покупа­телям, зажигая одно за другим свои новшества, владе­лец «восхитительных» предметов неожиданно обронил огонь на кипу этих огнеопасных новинок, которые тот­час воспламенились. Началась пальба.

К счастью, кто-то догадался покрыть пламя ковром и тем самым вовремя ликвидировал очаг пожара. Пос­ле доброго переполоха пришедшие в себя пассажные торговцы едва не расправились с ретивым рекламатором своим судом—его тотчас вместе со зловещим това­ром выдворили из здания.

В конце среднего левого яруса неизменно из года в год помещался ресторан, а на мостике второго этажа размещался духовой оркестр. Он играл по вечерам, когда пассаж заполнялся нарядной гуляющей публикой, которая занимала весь нижний этаж большого зала и просторные проходы среднего яруса. В первое время оркестр в пассаже всегда помещался на самом верхнем ярусе, и только в XX веке, когда количество торгующих резко уменьшилось, переместился на второй ярус.

«Музыка в пассаже, —отмечала газета «Ирбитский ярмарочный листок» в 1887 году, — воспитывает и раз­вивает эстетические чувства, знакомит с лучшими му­зыкальными произведениями». Замечательным худож­ником назвал автор заметки капельмейстера А. Н. Его­рова, которому в знак благодарности владельцы мага­зинов в пассаже вручили в подарок золотые часы. Ор­кестр насчитывал до двадцати человек, играл ежед­невно весь ярмарочный период. В его репертуаре были увертюры, попурри, каватины, марши и вальсы любимейших композиторов.

В конце 80-х годов XIX в. большой популярностью пользо­вался оркестр Оренбургского казачьего войска, кото­рым руководил войсковой капельмейстер Валентенти. На музыкальные концерты в пассаже местная газета пуб­ликовала рецензии наподобие театральных. В 90-е годы XIX в.  большим успехом пользовался марш «Ирбитский пас­саж», который исполнял оркестр под руководством ком­позитора Р. А. Кронгольда.

На протяжении многих десятилетий в пассаже проводились благотво­рительные вечера: то лотерея в пользу четырех детских сиротских приютов, то благотворительный бал-базар в пользу общества вспомоществования нуждающимся уча­щимся.

19 февраля 1889 года, в годовщину освобождения крестьян в России, от крепостного гнета, выдающимся в то время исполнителем русских народных песен и хоровым дирижером Д. А. Агреневым-Славянским после молебна в здании пассажа был дан большой концерт. Купечество, которое обычно только один раз в году ус­тупало здание под благотворительные концерты, на этот раз изменило своему правилу. Наплыв публики, собрав­шейся в количестве до семи тысяч человек, был настоль­ко велик, что галереи едва выдерживали. Можно бы усомниться в этой цифре — все население Ирбита тог­да едва насчитывало столько, но описание концерта взято из книги M. В. Юркевича. Во время концерта купечество преподнесло Агреневу-Славянскому на серебря­ном подносе серебряный кувшин, выполненный в русском национальном стиле, с надписью: «Незабвенному и не­подражаемому исполнителю «Эй, ухнем!» от купечества, торгующего в пассаже».

Сорок шесть лавок пассажа предлагали свои товары: оренбургские платки и бухгалтерские ткани ручной ра­боты, золото и бриллианты, чеканку по серебру и драго­ценные камни, а магазин самоцветов предлагал вазу из калганской яшмы стоимостью 2500 рублей, что соответ­ствовало стоимости двухэтажного каменного дома. В первой лавке — музыкальные инструменты «исключи­тельно известного торгового дома Циммермана, рояли германской фабрики Беккер, также американские и французские фисгармонии.

Единственный на ярмарке оптический магазин фирмы «Захо» с 1870 года предлагал бинокли, очки… Церковь одного из сибирских городов за семьсот рублей приобре­ла здесь напрестольный крест сложной резьбы из топаза, оправленный серебром и драгоценными камнями, рабо­ты известного уральского мастера Трегубова. В 1896 году в пассаже  торговали микрофонографами — как указывалось, новым изобретением Эдисона, предшественником сегодняшних магнитофонов.

Однако зайти в пассаж мог не каждый. Два дюжих швейцара в форме зорко следили за входящими, не про­пуская людей в сермягах, зипунах и другой одежде про­стого люда.

В местах сосредоточения драгоценных и разных доро­гих товаров весь день на карауле стояли стражники. Ско­рее всего для демонстрации незыблемости твердой вла­сти ежедневно разыгрывалось своеобразное представле­ние. Около десяти часов вечера, когда гуляющая публи­ка начинала расходиться, а торговцы, не спеша приби­рать товары, в зале пассажа раздавалась громкая коман­да: «Стройся!», по которой все стражники, охранявшие лавки, выстраивались в конце зала, немногочисленная публика расступалась по сторонам. Снова команда. Длинной шеренгой, выпятив груди, увешанные медаля­ми, молодецки заломив на затылок косматые папахи, стояли, не шевелясь, стражники. По бокам, прижавшись к стенам, робко теснилась озирающаяся публика, неко­торые еще не понимали, в чем дело. Блистая погонами и самодовольством, представитель охраны размеренным шагом неторопливо проходил вперед и торжественно про­износил; «Здорово, ребята!». «Здравия желаем..  ваше благородие!» — слышалось в ответ, потрясая своды пас­сажа. «Еще раз, молодцы!». «Рады стараться.. ваше бла­городие!», — слышалось еще громче. После этого все об­нажали головы и три раза пели гимн. Эффект был пора­зительный. Так описал эту сцену репортер «Ирбитского ярмарочного листка».

30 октября 1905 года в здании пассажа состоялся ре­волюционный митинг, на котором с яркой речью высту­пил крестьянский вожак Александр Иванович Фадеев. В тот же день от здания пассажа началась манифестация по улицам города. На одном из флагов четко смотрелось: «Рабочая социал-демократическая партия».

2 января 1906 года, устроив засаду в боковых поме­щениях пассажа, жандармы и полиция арестовали А. И. Фадеева и многих других делегатов съезда крестьян Ирбитского уезда, который намечалось провести в здании пассажа.

Летом 1918 года, когда в город пришли белые, контр­разведка разместилась рядом с пассажем, в большом поповском доме. Обширные подвалы пассажа быстро на­чали заполняться арестованными. После избиения и до­просов их бросали сюда на каменный пол.

После длительного перерыва, вызванного мировой и гражданской войнами, ярмарка возобновила свою дея­тельность в 1922 году. Уже не трехцветный, а красный флаг взвился над пассажем. Старожилы, присутствовав­шие при открытии, сняв шапки, крестясь, говорили: «Сла­ва Богу, ожила наша матушка ярмарка!».

Шли годы. В февра­ле 1927 года уездная газета «Бюллетень» отмечала, что в нынешнюю ярмарку пришлось отказать десяти круп­ным фирмам за неимением мест в пассаже, в то время как за последние четыре года пассаж полностью никогда не был занят.

В 1937 — 1938 годах пассаж приобрел мрачную изве­стность. Несколько лет здесь находилось управление СевУралЛАГА НКВД, ведавшее десятками лагерей, где томились тысячи репрессированных «врагов народа». В те годы — это слово — НКВД — было, пожалуй, самым страшным. Его произносили шепотом и с оглядкой.

В годы Великой Отечественной войны в здании пас­сажа размещалось артиллерийское училище.

В настоящее время  пассаж  вновь наполнен товарами, продавцами и покупателями. Оживленно идет торговля, правда уже без оркестров.

Список литературы:

Герштейн, Я. Л.   Пассаж // Ирбит и его окрестности: краеведческий путеводитель / Я. Л. Герштейн. – Екатеринбург, 1995. – С. 16 – 23