Кузеванова Норберта Ивановна

В семье Норберта — пятая, млад­шая. Родители были репрессирова­ны и в конце двадцатых годов высланы из Белоруссии на Урал, в Тавдинский район Свердловской области. Дет­ство, конечно, прошло в нужде. К тому же мама десять лет тяжело болела. И уже с первых школьных лет Норберта твердо решила стать вра­чом. Маме помочь не успела — в год получения дочерью аттестата зрелости она ушла из жизни.

Однако утрата лишь укрепила мечту девушки спасать окружающих от хворей.

Намерения ее, как и еще двоих подруг из таких же «высланных» се­мей, перечеркнули «политические мотивы»: в приемной комиссии вуза им дали от ворот поворот.

Подруги отступили, а Норберта на следующий год снова заявилась, уже в другой, но того же профиля вуз. Выдержав вступительные экза­мены, стала студенткой лечебно-про­филактического факультета Сверд­ловского государственного медицин­ского института. Поначалу место до­сталось в подвальном этаже общежития. После перевода на второй курс пошла «на повышение» в бы­товой обустроенности — таким был стимул к успешной учебе. Впрочем, будущий врач и без того стремилась обзавестись полноценными знания­ми.

Вместе с дипломом выпускница вуза получила возможность одной из первых в группе выбрать адрес будущей работы. Самым «знако­мым» оказался Ирбит — через него регулярно проезжала по железной дороге на пути в Свердловск и обратно. А теперь предстояло остано­виться минимум на три года отра­ботки. Оказалось — на всю жизнь.

Без малого полвека отдано Н. М. Кузевановой ирбитскому здравоох­ранению, почти сорок из них — заве­дующей родильным домом. В 2000 году врач высшей категории стала лауреатом премии имени Я. Г. Шестов­ских. И хотя Норберта Михайловна удостоена и более высоких наград — ордена «Знак Почета», знака «Отлич­ник здравоохранения РСФСР» и ряда других, та для нее особенно дорога. С Леонидом Григорьевичем тесно сотрудничали около десятка лет, во время обхода «своих» палат он не­ редко приглашал коллегу на консуль­тацию.

Норберта Михайловна никогда не позволяла при пациентах замечаний персоналу, независимо от ранга — врачу, медсестре, санитарочке. Весь разбор — после, исключительно в ка­бинете. Не случайно, наверное, ей, не являвшейся членом КПСС, на партийных собраниях учреждений здравоохранения поручали доклады на тему «Как сохранить микрокли­мат в коллективе».

В ее коллективе микроклимат был на высоте — подтверждением тому неоднократные призовые ме­ста в городских смотрах-конкурсах среди «профильных» учреждений здравоохранения и переданный на вечное хранение вымпел-кубок от Свердловского областного отдела здравоохранения.

Коллектив не замыкался на слу­жебных обязанностях — отличался и постоянно действующей художе­ственной самодеятельностью. Выс­тупали и на смотрах, и для себя — на вечерах отдыха. На праздничные демонстрации выходили с собственноручно пошитыми флагами всех республик Советского Союза.

Наряду с благодарностью за под­писью министра здравоохранения РСФСР Норберте Михайловне не менее приятны и более памятны устные признания от бывших паци­ентов. Сельская жительница Анна Никифоровна пришла к своему доктору с благодарностью тридцать лет спустя после проведенной ею опе­рации. Другая бывшая подопечная, Лидия Ефремовна, через четверть века после удаления опухоли пришла поклониться врачу за продление жиз­ни. Обе вспомнили, как пациентка наотрез отказывалась от операции. А врач призналась, что, убеждая в ее необходимости, сама не была полностью уверена в благополучном исходе. Некоторые прежние пациен­ты, даже меняя место жительства в пределах Свердловской области, на консультации приезжали к Норберте Михайловне.

Операции тогда проводились при местной анестезии (обезболивании), что усложняло манипуляции. Оперблок располагался в другом поме­щении, о лифтах лишь мечтали, ме­дикам приходилось больных перено­сить на носилках. Но рядом находи­лись надежные коллеги — операци­онная сестра Альбина Борисовна Титюшева, акушерка Людмила Степа­новна Силкина. Они же были пер­выми помощницами Норберты Ми­хайловны на практических занятиях с учащимися медицинского учили­ща. Наряду с основными обязанно­стями руководитель медицинского учреждения находила время и для преподавательской работы.

Здесь, в учебном заведении, Нор­берта Жданович встретила свою судьбу — Ивана Кузеванова. У них оказались сходные моменты в био­графии. Он тоже был из репресси­рованной семьи и к медицине имел прямое отношение — учился в фельдшерско-акушерской школе — пред­шественнице Ирбитского медицин­ского училища. Со второго курса, в 1944-м, был призван на военную службу. Воевал. Вернулся по ране­нию. Закончил исторический факуль­тет Свердловского государственно­го педагогического института. И при­шел преподавателем в родное учи­лище. Иван Павлович был одним из инициаторов создания музея учеб­ного заведения.

В их семье выросли две дочери, Наталья и Елена. Видя бесконечную занятость мамы, нередкие вызовы на работу, ни одна не пошла по ее стопам. Хотя выросли в городе, но, бывая в гостях у родни в деревне, выбрали Свердловский сельскохозяйственный институт. Правда, те­перь обе живут в городах — Каменске-Уральском и Екатеринбурге. Из родственников с медициной связала жизнь племянница Галина.

Список литературы:

Сафонова, П.  Маме помочь не успела. Но дарила жизнь многим другим // Восход. – 2008. – 17 июня. – С. 3.