Ирбитский краеведческий портал
Муниципального казённого учреждения культуры "Библиотечная система"
Поиск Обратная связь Домой Вконтакте Одноклассники Facebook Twitter YouTube Google+

Серебренниковы Павел Николаевич и Евгения Павловна

 

Супруги Серебренниковы были из­вестными в Перми врачами, общественными деятелями, благотворителями и краеведами. Проживали некоторое время в Ирбите. Павел Николаевич — врач-гигиенист, организатор здравоохранения на Урале, Евгения Павловна – первая в России женщина врач-офтальмолог.

Евгения Павловна Серебренникова (в деви­честве Солонинина) роди­лась 10 декабря 1854 г. в Ека­теринбурге в семье горного инженера. Семья была состо­ятельная. Ей дали блестящее домашнее воспитание. Семи лет Евгения Солонинина сво­бодно читала на двух языках: русском и французском. По словам учителя словесности А.В. Кролюницкого, Евгению отличала «ее даровитость и горячее увлечение знанием и всем, что относится к облас­ти чистых, идеальных стрем­лений…». Еще во время учебы в гимназии Евгения Солони­нина ставит перед собой цель — стать врачом. Но получить медицинское образование женщине в те времена было чрезвычайно трудно. Меди­цинские факультеты русских университетов женщин не принимали. Евгения мечтает о Цюрихском университете. Она изучает латынь и совершенствуется во французском языке, много читает.

В год окончания Екате­ринбургской женской гимна­зии по инициативе передовой русской интеллигенции «го­сударь император высочай­ше повелеть соизволил: от­крыть при императорской медико-хирургической академии, в виде опыта, особый четырехго­дичный курс для образования ученых акушерок». Евгения Павловна решила поступить на эти курсы и в январе 1873 года приехала в Петербург. Благодаря своей энергии, упорству и настойчивости она была зачислена на женс­кие врачебные курсы (по ус­тановленным правилам к эк­заменам допускались только девушки, которым уже испол­нилось 20 лет, а Евгении было тогда только 19).

Евгению Павловну, «как и всю лучшую часть русской молодежи того времени, за­нимали… вопросы социаль­ной жизни народа и в осо­бенности жгучий вопрос об отношениях интеллигенции к народу…». Большое влияние на формирование мировоз­зрения Евгении оказала дея­тельность известного земс­кого врача (с 1872 г. первого земского санитарного врача России) Ивана Ивановича Моллесона. Об этом она пи­сала в 1890 г. И.И. Моллесону, поздравляя его с 25-летием врачебной деятельности: «Земский врач 60-х годов, кроме светлой головы и го­рячего сердца, ничем не рас­полагал: не только не было больниц, аптек, помощников, даже пациентов не было, хотя кругом свирепствовали бо­лезни и косила смерть. Мужик не шел к врачу’, и врачу негде и нечем было лечить его… Ум терялся, не зная, за что взять­ся… Надо было работать над организацией земской меди­цины, выбирая между разъез­дной и стационарной систе­мой, а пока не устроятся боль­ницы, надо странствовать то в телеге, то верхом — по де­ревням и избам, — во всякую непогодь и притом часто не­желанным и непрошенным гостем, соперником знахаря и всех его сторонников. А кру­гом невежество массы, пре­тензии общества, недостаток средств у земства…

Глаза видели, где зло, голова знала, как исправить его, сердце рвалось на помощь ближнему, но руки были связаны… В это время
вы издали брошюру «Земская медицина», из которой впервые общество и земство познакомились с тогдашним плачевным положением земско-медицинского дела и в которой впервые была проведена грань между врачебной и санитарной медициной в земстве…».

Во время учебы Евгения Солонинина познакомилась со студентом Петербургской медико-хи­рургической академии Павлом Серебренниковым. Вскоре дружба переросла в любовь, и осе­нью 1876 года они повен­чались.

Павел Николаевич Се­ребренников родился б ян­варя 1849 года в с. Архан­гельском Соликамского уез­да Пермской губернии в се­мье священников. В 1870 г. он окончил Пермскую ду­ховную семинарию и осе­нью поступил в Петербург­скую медико-хирургичес­кую академию. «Он считал, что ему необыкновенно по­везло уже только потому, что его учителями были ко­рифеи отечественной на­уки: С.П. Боткин, ВЛ. Грубер, Н.Н. Зинин, М.М. Руднев, П.Ф. Лесгафт, А.П. Бородин, Э.А. Юнге, И.М. Сеченов и др. «Эти учителя не только учили нас, но и своим примером указы­вали нам на истинные обязан­ности человека и на высокое призвание врача. Их деятель­ность показывала нам, что в них наука и знание перепле­тались неразрывно с сочув­ствием и любовью к челове­ку. Их сердца горели страст­ным влечением к великой и прекрасной задаче — служить облегчению людской доли. Они считали, что звание вра­ча налагает обязанность быть представителем науки и активного человеколюбия».

«В 1871 г. в Медико-хирур­гическую академию поступил будущий писатель Д.Н. Мамин-Сибиряк, с которым Се­ребренников был знаком еще по Пермской духовной семи­нарии. В академии они про­учились вместе до перехода Мамина-Сибиряка в 1874 г. в Петербургский университет».

5 декабря 1876 г. П.Н. Се­ребренников получил дип­лом на звание лекаря и был оставлен на кафедре анато­мии, которой руководил все­мирно известный профессор Венцеслав Леопольдович Грубер.

После начала русско-ту­рецкой войны 1877-1878 гг. многие тысячи русских добровольцев отправились на Балканы, в их числе в каче­стве врачей ехали студенты старших курсов Петербургс­кой медико-хирургической академии. В конце апреля 1877 г. на театр военных дей­ствий младшим врачом ар­тиллерийского полка уехал Павел Николаевич. Через ме­сяц, досрочно сдав экзамены за четвертый курс, отправи­лась в действующую армию и Евгения Павловна.

Е.П. Серебренникова ра­ботала медсестрой в военном госпитале, на перевязочном пункте передовой, в госпита­ле Красного Креста, исполня­ла разные поручения главно­го уполномоченного Красно­го Креста П.А. Рихтера. Пос­ле заключения мира она была награждена знаком Красного Креста и медалью за участие в войне.

В сентябре 1878 г. Сереб­ренниковы возвратились в Петербург. Евгении Павлове предстояло окончить кур­сы (срок обучения на них был увеличен). Павел Николаевич возобновил свои занятия на кафедре анатомии.

В 1881 г. Павел Николае­вич Серебренников был при­глашен на вновь открывшуюся должность городского врача в Ирбит. Евгения Пав­ловна так рассказывала об этом периоде жизни: «Кончи­ла я курс в 80-м году, и, пол­ные желания служить наро­ду, я и мой муж бросили Пи­тер, где муж был на профессорской дороге (уже ассис­тентом), поехали в завод Салду. Как теперь, помню я мо­мент въезда, когда я, увидав множество (в заводе 12000 жителей) покосившихся из­бушек, дала молча себе слово быть другом в каждой из них. При приложении этой задачи на практике мне частью пришлось узнать и радость, и горе. Радость была та, что народ, и не только бабы, но и мужики, отнеслись ко мне, как к врачу, с полным доверием. Горе же заключалось в том, что сойтись, слиться с народом, как мечтали мы в Петербурге, у меня не оказалось никакой способности. Все выходило искусственно. Чутье подсказало, что лучше не притворяться, а быть самой собой. Муж же мой как нельзя лучше был в этой роли.

Прожили мы там хорошо, но недолго, Полюбил нас и народ и инлеллигенция местная, но просьбы родных перетянули на Ирбит, и я с горькими слезами, провожаемая множеством людей, рассталась с Салдой…

По приезде в Ирбит картина совершенно меняется. Те радости, которые удовлетворяли меня в Салде, исчезли: довольство от успеха лечения — потому, что я уже чувствовала себя тверже и привыкла, что так и следует быть; а радости по случаю излечения пациента — потому, что контингент их стал другой и самый несимпатичный: мещане, купцы, гоголевские чиновники, которые норовят потом
тебя же обвинить, осудить, почесать язычок. Редко попадалась симпатичная семья из среднего или простого класса, где можно было отдохнуть душой и где после лечения устанавливалась и нравственная связь. Кроме того, стала чувствоваться тяжесть частной практики (я ведь была не на службе), вследствие несоразмерности траты времени с продуктивностью труда и вследствие невозможности вести свое дело научно, как, например, в больнице; приходилось подчиняться обстановке, капризу и проч. Все это было и в Салде, но сгоряча многое не замечалось и затушевывалось суждением, что служу рабочему человеку…

Зато в другом отношении Ирбит дал то, чего не было в Салде, — это так называемая общественная деятельность. Муж мой в качестве городского врача должен был заботиться о санитарном улучитении города. По поводу этого ему пришлось и много гово­рить, и писать, и сталкивать­ся со всеми представителями города, наживать и друзей, и врагов, и противников, и адеп­тов. Я тоже принимала в этом участие. Кроме того, сблизи­лись с молодежью. С учите­лями городскими и сельски­ми. Я готовила несколько де­вушек в фельдшерицы, муж читал на учительском съезде анатомию и гигиену, и благо­даря всему этому у нас обра­зовался большой и тесный кружок молодых и уже солид­ных людей с хорошими стремлениями. Теперь я с хо­рошим удовольствием вспо­минаю эти три года, которые жили в Ирбите; так как все не­приятности, интриги, тормо­зы, которые видел со сторо­ны противников, уже забы­лись и осталось сознание, что все это время жил нервами, так сказать, кипел, горел, при­обрел друзей, был им полезен, и до сих пор связь эта не по­рвалась. Но тем не менее не­рвы более трех лет не вынес­ли…».

В 1881 г. возобновила свою работу городская сани­тарная комиссия (позднее соединенная с уездной), в этой комиссии Павел Нико­лаевич избирается председа­телем, а Евгения Павловна секретарем. П.Н. Серебренни­ков наметил широкую про­грамму деятельности комис­сии: изучение условий, влия­ющих на здоровье населения, сбор статистических данных о движении населения и за­болеваемости, эпидемиях, ос­попрививании, сифилисе, о школах и др. Медицинское обслуживанис, и особенно санитарное состояние, в Ирбите и уезде находилось в плачевном состоянии. Одной из главных причин антисанитарного состояния считалась ежегодная Ирбитская ярмарка, высокую заболеваемость сифилисом связывали с ярмарочной проституцией. Часто встречались вспышки различных инфекционных заболеваний, детская смертность достигала ужасающих размеров. Не было четкой регистрации заболеваний и статических наблюдений. Существовала только одна работа земского врача Андрея Андреевича Рудальского (1871 г.), который первым исследовал статистику рождаемости и смертности за 12-летний период в уезде и за последние 68 лет в Ирбите: «В Ирбитском уезде из числа детей до 5-летнего возраста умирает больше половины, именно 62,5 %…” Комиссия установила карточный учет заболеваемости и смертности, собрала материал о движении населения за 17 лет. Членами комиссии Лопатковым и Шехиревым были собраны сведения о урожаях и ценах на жизненные припасы; врачами Зенковым, Павленко и Серебренниковым — о ярмарочной проституции, Макушиным и Моллесоном о санитарно-гигиеническом состоянии народных школ.

С большим трудом П.Н. Серебренникову удалось до­биться выделения средств на приобретение небольшой лаборатории. Евгения Пав­ловна совместно с военным врачом И.М. Потехиным ис­следует воду рек и колодцев Ирбита. Результаты проведенных исследований и пред­лагаемые санитарные меры, после обсуждения в санитар­ной комиссии уже в вырабо­танном виде предлагались на утверждение в городскую думу или земское собрание. Несмотря на постановление врачебного совета, труды Ирбитской санитарной ко­миссии в Ирбите так и не были напечатаны (вышли в типографии губернского правления г. Перми лишь в 1884 г.). На деятельность ко­миссии сыпался ряд обвине­ний. В предисловии к докладу об анализах ирбитских вод Серебренников подчеркива­ет «значение воды и почвы — как факторов, влияющих на здоровье и смертность людей и дает ключ к пониманию той ужасающей смертности, ко­торая была констатирована для г. Ирбита».

В «Екатеринбургской не­деле» № 17 за 1883 г. в статье «Земство, города и заводы» П.Н. Серебренников пишет: «…Благодаря таким двум анти­гигиеническим факторам, как сыростъ почвы и загрязнение ее навозом, мы обязаны и столь громадною смертнос­тью вообще (46 % на 1000), а детскою в особенности (из 100 родившихся умирает 56), и столь громадною заболева­емостью лихорадками, брюшным тифом, ревматизмами, а главное чахоткою, те. болезнями, большая часть ко­торых могла бы быть устра­нена разумными санитарны­ми мероприятиями.

Сопоставляя все эти дан­ные, вглядываясь в приведен­ные цифры, невольно зада­ешься вопросом: неужели не очевидно, что дальше игно­рировать общественным здо­ровьем — нельзя?

…После бесчисленных попыток, в этом направлении, приходится невольно думать, что скорее дикари разобьют своих фетишей и поклонят­ся Христу, чем граждане го­рода Ирбита расстанутся со своим фетишем — навозом и признают за необходимость чистоту почвы, воды и воздуха».

В январе 1881 г. Сереб­ренникову избирают предсе­дателем местного попечи­тельства о бедных. По ее ини­циативе попечительство ус­троило приют на тридцать детей.

Ирбитские врачи были горячими поборниками жен­ского образования. В 1882 г. в журнале «Врач» было напе­чатано письмо из Ирбита, подписанное Серебреннико­выми, Моллесоном и еще тре­мя врачами (в это время в Ирбитском земстве работали Е. М. Черемшанский, А. М. Зенков, А. И. Макушин и прави­тельственный врач Павлен­ко). В нем говорилось: «По­корнейше просим напеча­тать во «Враче», что мы, ни­жеподписавшиеся — врачи Ирбитского уезда Пермской губернии, — для поддержания женских врачебных курсов обязуемся пока в течение 5 лет каждый год вносить по 1 % из нашего жалованья и на нынешний год посылаем вам 85 руб. (деньги переданы проф. Бородину АП.). Мы ду­маем, что если бы согласи­лись сделать, то же и все ос­тальные наши товарищи в России, чего мы от всей души желаем, то могла бы собрать­ся сумма, которая составила бы серьезную помощь для указанной цели».

Серебренниковы прини­мают деятельное участие в съезде народных учителей, который проводился летом 1883 г. под руководством из­вестного педагога Н.Ф. Буна­кова. Из воспоминаний Н.Ф. Бунакова: «Серебренниковы много света и тепла вносили в занятия учительского съез­да и в семью ирбитского учительства… Павел Николаевич изложил учителям и учитель­ницам в форме превосход­ных, живых и содержатель­ных лекций, курс школьной гигиены, основанный на науч­ных началах и постоянно по­ясняемый экспериментами, которые принял на себя дру­гой молодой врач, С.Э. Крупин, ирбитский уроженец, тогда проводивший лето в родном городе. Евгения Павловна по­стоянно присутствовала на за­нятиях съезда, в зале городс­кой думы, среди учителей и учительниц, а вне этих заня­тий учительство группировалось около нея; сами собой ус­траивались беседы, столь же непринужденные, сколько со­держательные, из которых много хорошего переносилось в те педагогические со­вещания, которые происхо­дили на съезде.

Эта женщина, богато одаренная от природы, обладавшая не только многосторонними и серьезными знаниями, но и теплым, отзывчивым и любвеобильным сердцем, настойчивым энергетическим характером и самыми чистыми и идеальными стремлениями, да не на словах только, а и на самом деле…

Живо помнятся мне те “поездки в поле”, которые Евгения Павловна устраивала во время учительского съезда в свободные вечера. Учительство, по ее инициативе отправлялось с самоварами и чаем куда-нибудь за город. Под сенью елей и берез устраивалось продолжительное чаепитие. Оно соединялось то с хоровым пением, в котором непосредственное участие принимал Павел Николаевич, тогда обладавший хорошим голосом, то с живыми разговорами и спорами, которые служили превосходной подготовкой к педагогическим совещаниям в зале городской думы.

Устроила Евгения Павловна во время съезда, для развлечения собравшегося учительства и в его пользу, любительский спектакль в городском театре, принимая в нем непосредственное участие, и я никогда не смотрел с таким удовольствием известную пьесу “На пороге к делу”, как в 1883 г. в Ирбите…”.

Но разносторонняя общественная деятельность Е.П. Серебрянниковой не мешала ей заниматься врачебной практикой, и городская дума назначила ей особое вознаграждение за оказание бесплатной медицинской помощи городскому населению.

Сталкиваясь с разнообразными человеческими недугами, Евгения Павловна приходит к мысли о необходимости специализации по глазным болезням. В сентябре 1883 г. Серебренниковы уезжают в Петербург. Павел Николаевич для продолжения работы над докторской диссертацией “Опыт медико-топографического описания г. Ирбита Пермской губернии”, а Евгения Павловна специализироваться по глазным болезням. В 1884-1891 гг. она прошла спе­циализацию в клиниках луч­ших офтальмологов Петер­бурга, Парижа, Берлина. Изу­чив огромный собранный на месте статистический мате­риал, зарубежную литературу, в апреле 1885 г. П.Н. Серебренников окончил работу над диссертацией и успешно за­щитил ее. Диссертация была напечатана с приложением плана города и диаграмм. П. Н.Серебренников был удо­стоен степени доктора меди­цины. В предисловии к дис­сертации Павел Николаевич писал: «…Хотя представленные здесь исследования касаются различных сторон ирбитской общественной жизни с медико-санитарной точки зрения, но я далек от мысли, что достиг ими даже прибли­зительного решения затрону­тых мною вопросов. Моя цель была бы вполне достигнута, если настоящая работа будет до известной степени способ­ствовать уяснению этих воп­росов и окажется нелишней для дальнейших исследова­ний в данном направлении, в смысле указаний, где нужно искать главнейших врагов об­щественного здоровья г. Ир­бита».

В последующие годы зем­скими и санитарными врача­ми были сделаны санитарно-гигиенические описания насе­ленных пунктов, собран боль­шой статистический матери­ал. Но до конкретных мероп­риятий, устраняющих выяв­ленные недостатки, дело час­то не доходило. В 1907 г., выступая на Пермском губернском земском собрании 38 оч. сессии, И. Я. Тугаринов говорил: «…с практической точки зрения деятельность санитарных врачей не даст реальных результатов по оздоровлению губернии. Врачи эти соберут статистический материал, которым будут освещены причины антисанитарных условий селений, и только. В Ирбитском уезде было сделано санитарное описание селе­ний, и материала этого нако­пилось целые груды, которые и хранятся в шкафах управы, но оздоровление уезда вперед не продвинулось и, нужно за­метить, г.о. по недостатку де­нежных средств».

В 1885 г. Серебреннико­вы переехали в Пермь, где Ев­гения Павловна в августе 1885 г. открыла с разрешения губернской земской управы амбулаторный прием боль­ных с заболеваниями глаз при губернской Александровской больнице. Потребность в оф­тальмологе была большая: за 4 месяца Е.П. Серебреннико­ва приняла 673 больных. Впоследствии она писала: «…Дело было так: я сначала предложила устроить бес­платно прием глазных боль­ных в земской больнице. Дело пошло неожиданно хорошо, больные стали являться мас­сами. Земское собрание вви­ду этого решило открыть глаз­ное отделение, пригласив меня заведовать им и объез­жать, кроме того, те места гу­бернии, где много слепых и больных глазами. Название мое — губернский окулист…».

Е. П. Серебренникова одна из первых в России провела успешно операцию по вытя­жению зрительного нерва, много усилий уделяла для борьбы с трахомой. В тече­ние 10 лет Евгения Павловна приняла более 30 тысяч больных и сделала 6305 глазных операций. Она принимала ак­тивное участие в обсуждении земско-медицинских вопро­сов на съездах земских врачей Пермской губернии, участво­вала почти во всех Пироговс­ких съездах врачей. Вела ак­тивную общественную дея­тельность: состояла бесплатным преподавателем фельд­шерской школы, работала в отделении попечительства о слепых, участвовала в устрой­стве общедоступных спектак­лей, литературных вечеров, публичных лекций, лектором на народных чтениях и т.д.

Павел Николаевич зани­мался частной практикой, слу­жил врачом во многих учеб­ных заведениях Перми. В 1887 г. Серебренниковы ос­новали общество помощи слепым, которое собрало зна­чительные средства и постро­ило хорошее двухэтажное здание для училища слепых (по проекту архитектора Ю.О. Дютеля). В 1893 г. Сереб­ренников организовал обще­ство бесплатной библиотеки- читальни, в 1896 — библиоте­ку-читальню им. Смышляева, значительные суммы своих личных средств жертвовал на развитие просвещения, мно­го внимания уделял пропаган­де гигиенических знаний сре­ди населения. Под его руководством построена ремесленная Богородицкая школа, открыты дешевые столовые для народа. Павел Николаевич организовывал по праздникам бесплатные обеды для бед­ных, устраивал рождественс­кие елки для детей бедняков с раздачей подарков и др. П. Н. Серебренников был одним из организаторов, а с 1899 г. ру­ководил Пермским краевед­ческим музеем. Кроме посто­янной лекционной работы в музее он читал лекции в город­ском училище, в обществе Красного Креста, в учебных заведениях, в тюрьме, в шко­ле слепых. На протяжении всей своей деятельности в Перми Серебренников был врачом городской духовной семинарии и читал там курс лекций по медицине и гигие­не. Группа студентов — меди­ков, бывших выпускников ду­ховной семинарии, в письме Серебренникову признава­лись, что решили получить медицинское образование под непосредственным влия­нием Павла Николаевича (ин­тересен тот факт, что уроже­нец г. Ирбита А.Т. Рудаков, 16.01.1887 г.р., выпускник Пермской духовной семина­рии (учился в 1905-1907 гг.) впоследствии окончил мед. факультет Томского универ­ситета и в 1922-1927 гг. рабо­тал врачом-терапевтом и дер­матовенерологом в г. Ирбите). Большой заслугой Серебренникова является привлечение к лекционной работе многих пермских врачей. В одном из своих выступлений П.Н. Серебренников говорил, что каждый врач в большей или меньшей мере стремится под­ражать врачу-человеколюбцу Ф.П. Гаазу.

У Серебренниковых не было своих детей, они усыно­вили и воспитали подкинуто­го к их дому маленького ре­бенка. Приемный сын Сереб­ренниковых, Владимир Пав­лович, получил медицинское образование и работал в г. Ташкенте врачом-фтизиатром.

К сожалению, Евгения Павловна умерла очень рано (19.04.1897 г.). Через три года в Петербурге вышел литературный сборник в память женщины – врача Е.П. Серебренниковой, все вырученные средства от этого сборника были направлены на учреждение стипендии в женском медицинском институте. Еще в 1880 г. П.Н. Серебренников писал: «Не в больницах и не в раздаче лекарств дело зем­ской медицины. Единственно верное и справедливое реше­ние вопроса о ней — это сани­тарная медицина, борющая­ся не с болезнями, а с причи­нами их«. До конца своей жиз­ни он активно боролся за раз­витие санитарного дела. П.Н. Серебренников умер 20 мар­та 1917 г. На его похоронах присутствовало очень много народа.

Список литературы:

«В память женщины-врача Евгении Павловны Серебренниковой : литературный сборник. – Санкт-Петербург, 1900. – 397 с.

Ветлугин, А.  Торопитесь делать добро! // Ирбитская жизнь. – 2007. – 17 янв. – С. 7.

Ветлугин, А.  Торопитесь делать добро! // Ирбитская жизнь. – 2007. – 24 янв. – С. 9.

Радищев Александр Николаевич

Радищев Александр Николаевич (1749-1802) – крупнейший русский писатель и мыслитель конца XVIII века, открытый противник самодержавия, одна из самых трагических и спорных фигур русского Просвещения. Сочинения Радищева разнообразны, и помимо знаменитых «Путешествия из Петербурга в Москву» и оды «Вольность» включают поэзию, во многом новаторскую, философский трактат «О человеке, о его смертности и бессмертии», юридические сочинения и прочее. Получил общее образование в Пажеском корпусе (1762-1766)….

Кавалерист-девица Надежда Дурова

В середине XIX века смотритель Ирбитского училища Н. Тихонов записал в горо­де вошедшую позднее в свод русских сказок Афа­насьева сказку о Василисе Поповне, которая «оде­ваясь в мужское платье, ездила верхом на лошади, стреляла из ружья и все делала совсем не по-деви­чьи, так что очень немногие знали, что она де­вушка… и звали ее Василием Васильевичем». Воз­можно, что сказка эта была особо любима в Ирбите, потому что именно отсюда бежала от мужа-чиновника ставшая вскоре знаменитой ка­валерист…

Фотолетописец Зауралья на Ирбитской земле

Всматриваясь в старые снимки, невольно представляется образ темной, душной, наполненной химическими запахами комнаты с мерцающим огоньком красного фонаря. В таких фотолабораториях проводили многие часы своей жизни люди, сохранившие нашему поколению отпечатки давнего времени. Во время Ирбитских ярмарок фотографы, вероятно, наезжали и в Ирбит, но фотографий первой половины XIX века найти не удалось. Фотография давала возможность приезжему люду остановить мгновение на годы…

«Святой» доктор Граль в Ирбите

Вне всякого сомнения, счастлив тот врач, который ещё при жизни удостаивается от народа такого прозвания. Фёдор Христофорович Граль подобную высокую оценку своего труда и таланта заслужил в полной мере. Федор Христофорович Граль (1770-1835) – обрусевший немец, родился в семье лютеранского пастора. Как известно, в 18 веке в России практически не готовили собственных врачей, а их нишу занимали выходцы из Европы. Граль окончил Петербургский медико-хирургический институт, непродолжительное время работал врачом…

Георгий Константинович Жуков в Ирбите

В феврале 1950 года командующий Уральским Военным ок­ругом, кандидат в депутаты Верховного Совета СССР Георгий Константинович Жуков прибыл в Ирбит. Это собы­тие взволновало тогда все население города. Еще бы — великий полководец! В то сумрачное февраль­ское утро 1950 года, при­быв на станцию Ирбит, никем не встреченный из официальных властей горо­да, Георгий Константино­вич с адъютантом пешком направился по плохо осве­щенным улицам знакомить­ся с городом…

Владимир Даль и Ирбит

В какие годы мог известный писатель и лингвист бывать в ярма­рочном Ирбите? «Как сокровищница меткого народного слова, словарь Даля все­гда будет спутником не только литератора, филолога, но и всякого образованного человека, интересующегося русским языком». Эти слова академика В. В. Виноградова о «Толковом словаре жи­вого великорусского языка» остаются актуальными и по сей день. Где собирал слова Владимир Иванович? Во многих местах, в том числе и на Урале…

Менделеев в Ирбите

Был ли создатель периодического закона химических элементов в городе на Нице, на сегодняшний момент неизвестно. Но совсем для Ирбита Дмитрий Иванович не чужой. Сам не был, но его родня (пусть не самая близкая) у нас жила. И плодотворно трудилась на зависть многим. А. А. Смирнов — внучатый племянник Д. И. Менделеева, сын Оль­ги Яковлевны Капустиной — старшей племянницы великого учено­го. Первым учителем латинского языка и словесности Ирбитской муж­ской гимназии (ныне средняя школа № 1)…
Имя в истории
Чукмалдин Николай Мартемьянович

Известный тюменский и московс- кий купец - промышленник, выда- ющийся сибирский просветитель кон- ца XIX века, писатель, путешест- венник, Николай Мартемьянович Чук- малдин, родился 4 декабря 1836 г...


Чукмалдин Николай Мартемьянович