Стихин Василий Филадельфович

В городе Севастополе в скромной квартире по улице Маршала Геловани до недавнего вре­мени (ушел из жизни в 2013 году в возрасте 97 лет) проживал участник боевых действий в Ве­ликой Отечественной войне 1941-1945 гг., освобождавший Севастополь, полковник в отставке Василий Филадельфович Стихин.

Судьба предоставила ему редкий выбор — служить и творить в одном из самых секретных (криптоаналитическом) подразделений и без того самой по себе секретной службы — разведки.

Родился Василий Филадельфович в деревне Малая Зверева Ирбитского уезда в 1916 году. С раннего детства будущий военный моряк при­общился к тяжелому сельскому труду. С 12 лет остался сиротой.

В 1934 году, после окончания техникума, беседа с секретарем Свердловского обкома ком­сомола в присутствии военного моряка опре­делила дальнейшую судьбу студента — ком­сомольского активиста. В военкомате выбрал артиллерийское училище береговой обороны в Севастополе. Учился с вдохновением, много внимания уделял физической подготовке и из­учению немецкого языка. И через четыре года в 1938 году, получив диплом с отличием и лейтенантские шевроны, прибыл служить на Балтий­ский флот. Сразу был назначен на должность начальника штаба отдельного артиллерийского дивизиона противовоздушной обороны на гра­нице с Эстонией.

Осенью того же года лейтенант В. Стихин был отозван из отпуска в отдел кадров Балтий­ского флота, где получил предложение служить в разведке. Уже в Москве, в отделе кадров ВМФ. Назначение получил в Севастополе. Служба складывалась отлично. Направление, на кото­ром работал старший лейтенант Стихин, внесло свой вклад в предупреждение командования и правительства о готовящейся войне.

В канун Великой Отечественной войны Ва­силий Стихин был направлен на Каспийское море. Здесь ему предстояло создавать криптоаналитическую службу для добывания данных на иранском и турецком направлениях. Побывал в командировке в Иране, после которой осенью 1941 года был в составе группы советских войск, введенных в эту страну, согласно договору 1921 года. По материалам, добытым подразделением Василия Стихина, Советское правительство уз­нало, что к июню 1942 года на советско-турецкой границе развернуты значительные силы турец­кой армии. Они должны были обрушиться на СССР после падения Сталинграда. В феврале 1943 года капитан-лейтенант Стихин возвратил­ся на Черноморский флот, а с апреля 1944 года возглавил спецслужбу разведки Черноморского Флота.

В 1947 году майор Василий Стихин выбрал флотскую разведку, поскольку считал, что во­енная разведка, как и Вооруженные Силы, за­щищает весь народ… Но вмешался случай: при заполнении анкет Василий Стихин не стал скры­вать, что один из его братьев, не по своей вине, оставался на оккупированной территории. Трое остальных сложили головы на фронте: под Мос­квой, в Прибалтике, пройдя Сталинград, уже на­кануне победы — в Германии. Так весной 1949 года закончилась и учеба, и служба в разведке для подававшего большие надежды офицера. Вторую половину своей офицерской карьеры Василий Филадельфович провел на Черноморском фло­те по полученной в училище специальности. За­кончил он службу начальником отдела артилле­рийского управления флота в печально извест­ном 1961 году. После увольнения в запас полков­ник Стихин еще двадцать лет напряженно тру­дился на одном из ответственных участков судо­ремонтного предприятия Черноморского флота.

Закончив трудовую деятельность на флоте, Василий Филадельфович продолжает оставать­ся в строю. Проявившаяся тяга к литературной деятельности в полной мере была востребована во времена не критичного пересмотра истории нашей Родины. Благодаря его публикациям ста­ли известны многие бесценные, с точки зрения истории, эпизоды работы разведки Черноморского флота, повлиявшие на принятие стратеги­чески важных решений советского командова­ния, а значит, и на ход Великой Отечественной войны.

Вот некоторые эпизоды работы разведки Черноморского флота накануне войны, описан­ные автором книги «Разведчики-черноморцы в боях за Родину» Василием Стихиным. «Нашей разведке стало известно, что в составе первой группы немецких войск на побережье Румынии перебрасывается крупнокалиберная артилле­рийская батарея на механической тяге и артиллерийские подразделения частей ПВО. Важно было установить точные районы их развертыва­ния. Выполнение этой задачи было возложено на старшего лейтенанта П. Зайцева и меня. После короткой подготовки я был соответствующим образом экипирован, обеспечен документами, фототехникой и направлен в Новороссийск. Здесь в конце января 1941 года меня включили в состав экипажа парохода «Красный профинтерн» в качестве четвертого штурмана. В Но­вороссийске встретился со своим напарником Петей Зайцевым, вместе с которым предстояло выполнить задание. Пароход представлял собой крупное, водоизмещением 8 тысяч тонн, судно Черноморского пароходства. Оно совершало рейсы за границу с различными грузами. На этот раз «Красный профинтерн» загружался в Ново­российске пшеницей, лесом и пиломатериалами для доставки по торговому договору в Германию через Румынию.

В середине февраля 1941 года пароход ошвартовался в порту Констанца. К этому вре­мени гитлеровцы вели себя в Румынии, как хозя­ева. Сразу после швартовки к трапу судна была выставлена охрана. Капитану было объявлено, что выход из порта в город экипажу судна за­прещен. Разрешение на сход было дано только командному составу. В первые два выхода мы обследовали центральную часть города и побережье севернее Констанцы. Сфотографировали румынскую береговую батарею, несколько точек немецких зенитных установок. Нужного нам объекта не обнаружили. Теперь предстояло обследовать побережье к югу от Констанцы. Город расположен на высоком берегу. К северу и югу от него простиралась курортная зона с красивыми пляжами. Когда прошли около пяти километров, приняли решение подняться на бе­рег и осмотреться. Увидели тропинку, ведущую наверх. Поднялись по ней и… были буквально ошарашены. Мы оказались буквально в середине позиции. Одно орудие уже было установлено, и расчет занимался его обслуживанием. Спра­ва от нас несколько групп солдат работали над установкой второго орудия и развертыванием других элементов батареи. Так вот где она, цель нашего поиска!

Оказавшись фактически на позиции этой батареи, мы не могли быть незамеченными. Повернуть обратно — вызвать подозрение. Мы решили не спеша продолжить движение через позицию в направлении шоссе с довольно интенсивным движением транспорта. Видим, что на нас обратили внимание. Один офицер и два солдата остановили нас. «Вас махен зи хир», — обратился к нам офицер. Как могли, по-немецки объяснили, что мы — советские моряки с паро­хода «Красный профинтерн», который доста­вил для отправки в Германию пшеницу, лес и пиломатериалы. Выслушав, офицер проверил наши документы и в сопровождении двух сол­дат направил нас в порт, где мы были переданы румынским властям. Там у капитана порта нам была дана довольно откровенная, главным образом психологическая, встряска. В дальнейшем выход с территории порта был запрещен всем. Да мы в этом больше не нуждались — задание было успешно выполнено».

А потом были суровые будни войны, воз­главляемая Василием Стихиным служба при­носила ощутимую пользу в добывании развединформации о противнике. Уже летом 1942 года Верховный Главнокомандующий И. Сталин вы­соко оценил работу дешифровально-разведыва­тельной службы ЧФ. заявив: «Если бы не было разведки Черноморского флота, я не знал бы обстановки на юге».

О людях этой военной профессии пишут, как правило, скупо.  «Разведчики-черноморцы в боях за Родину» — так озаглавил свой далеко не ординарный сборник воспоминаний полков­ник в отставке, начальник спецслужбы разведки Черноморского Флота Василий Филадельфович Стихин.

На многое в нашей военной истории откры­ваются глаза читателей этой книги. К примеру, такой малоизвестный факт: 16 июня 1941 г. со­трудник немецкого посольства в Москве Герхард Хагель сообщил «куда надо», что нападение на Советский Союз будет совершено в 3-4 часа утра 22 июня 1941 года. Так что политическое и воен­ное руководство СССР было своевременно опо­вещено о готовящемся ударе. Однако Сталин на одном из донесений начертал такую резолюцию: «Эта информация является английской провокацией. Разузнайте автора и накажите его».

Немало страниц в этой книге посвящено обороне Севастополя в 1941-1942 годах, особой роли разведчиков, сумевших «взломать» шифры и коды румынских и немецких штабистов и пода­вать в штаб обороны Севастополя оперативные сводки вражеской группировки, дислоцирую­щейся под Севастополем.

Василий Филадельфович награждён 16-ю государственными наградами. Член военно­-научного общества, автор статей по истории военно-морского флота, член КПСС с 1941 года, отец трёх дочерей и дед четырех внуков.

Что нам еще известно о семье Стихиных?

В семье Василия Филадельфовича было 16 детей. Как это характерно для России конца XIX, начала 20 века. К сожалению, даже в книге Н. С. Чувашева «История села Знаменское» 1981 года, речь идет только о 4-х детях семьи Стихина Василия Филадельфовича. Фамилия Стихиных в Ирбите и Ирбитском районе, селе Знаменском, достаточно распространена.

Из 16 детей, по отзывам сельчан — 5 умерли в младенчестве, двое погибли на фронтах Вели­кой Отечественной войны: Григорий и Яков, об остальных ничего неизвестно.

О ком же речь в книге? Прежде всего, о стар­шем сыне Стихиных — Михаиле Филадельфовиче. Год рождения 1899. По тем временам, уже в советское время, Михаил Филадельфович закончил Красноуфимский техникум, получил специальность агронома. В Пермском универ­ситете вначале защитил кандидатскую, а позже и докторскую диссертации. Работал в Ленин­градском научно-исследовательском институте сельского хозяйства, профессор, автор почти 100 научных работ.

У Михаила Филадельфовича есть сын, Ев­гений Михайлович, советский, российский ком­позитор, член Союза композиторов России. По разным источникам он автор музыки, более, чем к 100 фильмам. Родился 29 декабря 1932 года. Музыка симфоническая, к балетам, фильмам и песням.

Евгений Михайлович награжден медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степе­ни (за большие заслуги в развитии отечествен­ной культуры и искусства, многолетнюю пло­дотворную деятельность) 1 декабря 2015 года.

Алексей Филадельфович родился в 1901 году. Принимал участие в гражданской войне. В годы Великой Отечественной войны был остав­лен для работы в подполье на оккупированной немцами территории в Полтавской области, была такая практика у руководства страны оставлять в тылу врага наиболее активных и преданных людей для организации подрывной Деятельности на территории, занятой врагом.

Полагаем, что именно этот факт сыграл злую шутку с младшим братом Алексея, Василием, речь о котором, как Герое войны, мы и ведем, в 1947 году.

Василий Филадельфович в своей автобиографии, когда его ждало большое послевоенное будущее, указал, что один из его братьев нахо­дился некоторое время на подконтрольной вра­гом территории. Этого было достаточно. Никто даже не стал разбираться, что речь о брате-под­польщике.

Алексей Филадельфович Стихин получил образование в академии соцземледелия. Работал директором Сумской опытной станции. Занимал руководящие должности районного и областно­го масштабов.

Еще известна часть истории о судьбе Бусы­гиной (Стихиной) Сусанны Филадельфовны, старшей сестре Василия Филадельфовича, 1911 год рождения. До наших дней дошла инфор­мация о том, что Сусанна была одной из пер­вых девушек-трактористов Ирбитского района. Много лет работала директором кинотеатра, за­ведующей комбинатом бытового обслуживания. Проживала в Кировограде.

По книгам капитана первого ранга Б. Бигдая и нашего земляка Н. Чувашева, рассказ дочери Стихина В. Ф. Татьяны Васильевны к печати подготовила Татьяна Коновалова.

Источник:

Коновалова Т. Подвиг разведчика // А нам нужна одна Победа : сборник, посвященный 75-й годовщине Победы в Великой Отечественной войне / сост.: В. А. Живулин, Т. А. Коновалова, Г. И. Мосунова. – Ирбит, 2020. – С. 137-141.